«Зеленые части растений земной суши и морей бесконечно осуществляют апроприацию значительной части солнечной лучистой энергии. Именно так свет — солнце — создает нас, одушевляет нас и порождает наш избыток. Этот избыток, эта анимация есть эффект света (мы, в сущности, — не что иное, как эффект солнца)».
— Жорж Батай, «Полное собрание сочинений» [VII 10]
Зажигание звезды происходит настолько постепенно, что четкого момента «вспышки» не существует. Протозвезды светятся жаром задолго до начала термоядерного синтеза. Когда протозвезда начинает коллапсировать под собственным весом, она производит тепло, которое облучает холодный вакуум космоса. На этой фазе протозвезда конвертирует свою гравитационную потенциальную энергию в тепло, создавая давление, которое замедляет ее катастрофический коллапс.
По мере того как ядро продолжает сжиматься, оно постепенно приближается к температурам, при которых становятся возможными реакции синтеза. За тысячи лет синтез становится основной формой энергии, создавая расширяющуюся силу, которая останавливает коллапс, в то время как силы сжатия пытаются раздавить звезду в небытие. Звезда продолжает поддерживать собственную массу. Это заставляет поверхность прекратить сжатие, и звезда достигает стабильного равновесия, где синтез в ее ядре производит достаточно теплового давления, чтобы в точности сбалансировать вес ее газа.
Наша история началась около 4 500 000 000 лет назад. Примерно таков возраст пылающего шара плазмы, несущегося вокруг нашего мокрого булыжника со скоростью 67 000 миль в час. Избыточная энергия в форме света вырывается из своей раскаленной тюрьмы. Одному фотону света требуется всего восемь минут, чтобы добраться до Земли от поверхности Солнца. Но может потребоваться 100 000 лет, чтобы добраться от солнечного ядра до поверхности — где он вырывается наружу и летит со скоростью света.
Этот град избыточной энергии и есть батаевская «Всеобщая экономия» par excellence. В этой системе Солнце производит гротескное количество избыточной энергии, которую оно извергает на лик Земли. И это не просто метафора, ибо это событие оплодотворяет Землю виртуальностью Жизни. «Батай говорит нам, что вселенная энергична, и участь, присущая энергии, — это абсолютная растрата. Энергия солнца разряжается в одностороннем порядке и без всякого замысла. Та доля солнечной радиации, которая ударяет в земные ресурсы, питает все земные устремления, провоцируя ту лихорадочную непристойность, которую мы называем "жизнью"».
Жизнь становится самосборным необратимым процессом, подобным солнцу. Агрегация процессов положительной обратной связи собирается и достигает кульминации в сингулярных точках до тех пор, пока не будет достигнуто равновесие. Эти гомеостатические точки интенсивности в конечном итоге поддаются тяге энтропии и возвращаются в свой неупорядоченный план: Смерть.
Числа на счётчике трупов растут, тела оседают, и, наконец, воцаряется гниение. Травматическая история, начавшаяся в пустой гробнице космоса, завершается в сдвигающихся пластах земной коры, раздавленных жаром и давлением тектоники плит, создавая саму жизненную силу для техно-капитала, его кровь, его скрытый ужас, «черное золото», как называют его некоторые: Нефть. За блестящим футуризмом и хромовой эстетикой киберпанка скрывается гротескный субстрат, который Негарестани адекватно называет «экскрементами Ближнего Востока».
Для Фрейда бессознательное желание вернуться в неорганическое состояние обозначается как влечение к смерти (death drive). «Если мы примем за истину, не знающую исключений, то, что всё живое умирает по внутренним причинам — снова становится неорганическим, — то мы будем вынуждены сказать, что "целью всякой жизни является смерть", и, оглядываясь назад, что "неживое существовало раньше живого"».
Влечение к смерти не уникально для человеческого субъекта или психики, оно присуще самой материи. Влечение к смерти может быть наложено на само неорганическое. Неизбежность коллапса всех звезд — это не просто физическая театральность, но сама борьба с энтропией, с которой сталкивается любая система. Возвращение в состояние бездействия — это истинная или конечная форма «равновесия»; таким образом, агрегация органического осадка как пленение солнечных отходов в форме нефти является актуализацией этого равновесия. Это нефтяная Нирвана, способность вырваться из цикла трат и вернуться в состояние бездействия или небытия.
В 1859 году в Тайтусвилле, штат Пенсильвания, полковник Эдвин Дрейк пробурил первую успешную скважину сквозь скалу и добыл сырую нефть. Это событие открыло трещину в давно забытой травме. Слияние влечений к смерти в форме органического шлама было потревожено, когда в ранних волнах индустриализации произошел техно-экономический взлет; воскрешение или возвращение в нестабильное состояние этого Материального Влечения к Смерти проявилось новыми способами. Пролиферация либидинальных импульсов к этому неактивному состоянию создает конкурирующие системы в гонке вооружений за потлач с солнцем.
Переизбыток солнечной энергии в форме нефти привел к техно-экономической централизации, которая порождает массовое неравенство благосостояния. Это ощущается в форме несоизмеримых временных интенсивностей, что отражается в изобилии свободного времени или досуга для немногих и интенсификации тяжелых условий жизни для масс. С точки зрения материальных отходов, укоренилось изобилие неразложимого углерода как в форме углекислого газа, так и в форме пластика. Неустранимость новой мертвой материи достигает нового равновесия, по мере того как пластик размножается в недрах всех живых организмов, внедряясь в системы, которые уже достигли равновесия.
Наши либидинальные влечения порабощают нас желанием. Нет лекарства от распространения этих травм. Техно-капитал и его эмерджентные ксеноморфные ужасы возможны только потому, что нефть может питать их. Но зависимость от нефти будет тем, что он должен сбросить, прежде чем этот процесс выгорит сам собой.
Это — Трансцендентальная дедукция нефти.
Продолжение следует.
Оригинальная публикация на https://cutenoumena.medium.com/
Nick Land, The Thirst for Annihilation: Georges Bataille and Virulent Nihilism (London: Routledge, 1992), xviii.
См. Reza Negarestani, Cyclonopedia: Complicity with Anonymous Materials (Melbourne: re.press, 2008).
Sigmund Freud, Beyond the Pleasure Principle (New York: Dover Publications, 2015), 32. [З. Фрейд, «По ту сторону принципа удовольствия»]